***
облепиха желта, а на вкус аллюминий - стою и плююсь, сверху купол серебряно-синий, там скошенный минус и плюс, островок под ногами с Памира спустился в девичию грудь, я люблю равновесие мира - лежать и летать и тонуть. *** мяса поела, добрая стала предобрая, под набитое тело подбила подстилку, отослала своё удовольствие скорое во твою ненавистническую копилку. рёбра стали свиными мои да плотными, всё одно к одному и с прослойкой жыра, чтобыты рукою своею потною приписал меня к заливному миру. за окошком хвощи
вырастают мощные, умывальник стонет под весом жабы, а на западе солнце садится ощупью и всползают шубой на труп арабы. не зови меня небелковой нечистью, не тревожь вино в промежутке сонном, я же первая снастью хуйну купеческой, если мне под двери прийдут в зелёном. а пока я стала мешком с коровами, а пока я вовсе ничем не стала, до того глаза у меня здоровые, в половину Георгиевского зала. *** губы полопались банками в погребе, небо не вынесет лунное дерево. падает ствол, и срываются по трое белые луны, набитые перьями. если бы руки всех в мире повешенных счастьем наполнить и вольными выпустить, можно от наших планет и до бешеных космос полосками красными выстелить.©
Анастасия Трубачева
HTML-верстка - программой Text2HTML